[stas_luky]

В культовом фантастическом фильме командир войска захватчиков высказывает поразительную мысль: «Мы пробьем такую брешь в их наследственной памяти, что они не подойдут к этому месту ближе, чем на тысячу километров!» В нашей исторической памяти пытается пробить брешь историография соседнего государства. Одна из главных тем фальсификаций – события 70-летней давности, то, что произошло в Бессарабии 28 июня, что предшествовало им и что было позднее.

Двух истин не бывает, бывают различные взгляды на явления истории, определяемые различием интересов. Рассмотрим события прошлого с точки зрения интересов народов нашей страны. И начнем с дипломатической прелюдии, необходимой для понимания сути событий того дня.

Интервенция

…Шла Первая мировая война, долгая и кровавая. Летом 1916 года, когда войска генерала А.А. Брусилова нанесли австро-венгерской армии поражение в Галиции, в Бухаресте решили, что пора присоединяться к победителям. 14 августа румынская армия перешла Карпаты. Однако австрияки, битые русскими, на румынах отыгрались. За 100 дней они разгромили румынскую армию, заняли Бухарест и большую часть страны. Королевское правительство бежало в Яссы и готовилось к эмиграции.

Но русские войска удержали часть Пруто-Карпатской Молдавии и спасли румынскую государственность. Однако в 1917 году в России началась революция, и королевский двор спас монархию ценой сговора с врагом. 26 декабря, стремясь навсегда рассорить румын с Россией, немцы разрешили им захватить Бессарабию. И королевская камарилья то ли выполняя приказ сюзерена, то ли пользуясь моментом слабости России, двинула свою армию на восток, против вчерашней союзницы.

Старая армия распалась, дивизиям захватчиков противостояли только отдельные ее подразделения и плохо вооруженные отряды крестьян и рабочих. 13 января румынские войска с боями вступили в Кишинев, но на севере и юге Бессарабии бои продолжались. Перспектива войны с Россией страшила румынское правительство, и оно пошло на переговоры. Подписав 5 марта в Одессе, а 9 марта в Яссах соглашения с Советским правительством, Румыния обязалась вывести войска из Бессарабии в двухмесячный срок.

Вторжение в Бессарабию могло остаться лишь печальным инцидентом в отношениях между Румынией и Россией. Но в апреле 1918 года началось австро-германское наступление на Украине, и Одесское соглашение румынским правительством выполнено не было. Румыния, полагаясь на поддержку Берлина и Вены, удержала область под своим контролем. После поражения Германского блока Англия и Франция не упустили случая напакостить России и выдали Румынии «гарантии» обладания Бессарабией. Воевать с блоком европейских держав СССР в 20-е годы не мог. Так возник Бессарабский вопрос.

Правительство СССР, занятое индустриализацией, созданием крупного сельскохозяйственного производства, культурной революцией, опасающееся повторения интервенции, отложило решение данного вопроса до того момента, когда это можно будет сделать без войны.

Дипломатическая обструкция

Стремление закрепить Бессарабию в составе Румынского государства стало стержнем всей внешней политики Бухареста. 3 марта 1921 г. был заключен румыно-польский военно-политический союз, направленный против России. В 1921 г. Румыния сорвала Варшавскую, а в 1924 г. – Венскую конференции по урегулированию политических и территориальных споров между СССР и Румынией. Наотрез отказалась Румыния провести по вопросу о будущем Бессарабии плебисцит под международным контролем.

В 1922 г. Бухарест отказался участвовать в Московской конференции по разоружению. Против России было направлено и румыно-французское соглашение о дружбе от 10 июня 1926 г. В 1932 г. Румыния отказалась подписать с СССР пакт о ненападении, в 1936 г. отрицательно отнеслась к идее заключения пакта о взаимопомощи с СССР, в 1938 г. одобрила захват Австрии Германией и расчленение Чехословакии. Предварительным условием любого соглашения с СССР Бухарест выдвигал признание Советским Союзом аннексии Бессарабии.

Столь жесткая связь между неурегулированным Бессарабским вопросом и внешнеполитическим курсом Румынии позволяла правящим кругам стран Запада, особенно Франции, манипулировать Бухарестом на международной арене. В начале 30-х гг. румынские фашисты из «Железной гвардии» даже обвиняли правительство либералов в том, что оно «рабски подражает» политике Франции в отношении СССР. В декабре 1933 г. проводник французского влияния премьер-министр И.Дука был ими убит.

Конфронтационная политика Бухареста в отношении СССР определялась уверенностью, что Россия не станет решать Бессарабский вопрос военным путем. Тем не менее ложь об агрессивных намерениях Москвы в отношении Румынии использовалась правящими кругами страны в целях воспитания румынского народа в духе антирусского шовинизма. Однако в 1933 г. в Германии пришли к власти нацисты, нацеленные на пересмотр итогов Первой мировой войны. В 1934 г. МИД Румынии возглавил Н.Титулеску, сторонник нормализации отношений с Россией. Советский Союз, пытаясь создать в Европе систему коллективной безопасности, пошел на установление дипломатических отношений с Бухарестом. Официозная пресса Румынии попыталась истолковать это событие как косвенное признание Москвой аннексии Бессарабии. Однако советский нарком М.М. Литвинов не оставил места для подобных утверждений. «Со свойственной ему напористостью, – отметил он в дневнике, – Титулеску вновь пытался выудить у меня обещания, что мы не будем поднимать никогда бессарабского вопроса, и мне пришлось дать ему решительный отпор в присутствии [министра иностранных дел Чехословакии] Бенеша».

Договор о ненападении, Дополнительный протокол и судьба Бессарабии

В эпицентре псевдонаучных спекуляций находится советско-германский Договор о ненападении, заключенный 23 августа 1939 г. Фальсификаторы упорно именуют его «пактом Молотова-Риббентропа» и утверждают, что его подписание привело ко Второй мировой войне, а в последующем также к «вынужденному» нападению Германии и Румынии на СССР.

Вопрос о принципиальной недопустимости переговоров с Гитлером рассматривать не будем. Ранее переговоры с ним вели правительства всех европейских государств. Договоры о ненападении с Германией заключили Польша и прибалтийские страны. В сентябре 1938 г. состоялся Мюнхенский сговор, в результате которого Англия и Франция позволили Гитлеру расчленить Чехословакию, а весной 1939 г. смирились с ликвидацией Чехословацкого государства. Ряд областей Чехословакии захватили Польша и Венгрия.

Советскому Союзу грозила изоляция на международной арене с перспективой в одиночку вести войну против объединенной Европы. Хуже того, для СССР возникла угроза войны на два фронта. Летом 1939 г. советские войска под командованием генерала Г.К. Жукова вели жестокие бои с группировкой японских войск в Монголии, на реке Халхин-Гол. Советский Союз находился на грани большой войны с Японией, участницей Антикоминтерновского пакта.

Летом 1939 года Германия завершала подготовку к войне. Стремясь направить германскую агрессию на восток, Англия и Франция саботировали политические и военные переговоры с СССР о создании оборонительного союза. Пообещав в случае нападения Гитлера на Польшу «начать наступление против Германии главными силами своей армии на 15-й день мобилизации», французское правительство побудило Варшаву надменно отвергать предложения о помощи, поступавшие от СССР. Отказываясь пропустить через свою территорию войска Красной Армии, направляемые для защиты Польши, правящие круги этого государства предопределили его разгром.

В случае захвата Гитлером территорий Западной Белоруссии и Западной Украины, включенных в состав Польши согласно Рижскому договору 1921 г., немецкая армия получала плацдармы для удара по жизненно важным политическим и экономическим центрам СССР - Москве, Киеву, Ленинграду. В Москве должны были решить вопрос о том, как это предотвратить.

Англия обещала нацистам прекратить переговоры с СССР и отказаться от гарантий, уже предоставленных ею Польше, то есть выдать Польшу Гитлеру, как уже было сделано с Чехословакией. 21 августа Гитлер предложил Лондону принять 23 августа для переговоров Геринга, а Москве – Риббентропа для подписания пакта о ненападении.

Чтобы выиграть время и пространство для отпора германской агрессии, Советский Союз пошел на заключение с Германией пакта о ненападении. В результате его подписания удалось предотвратить столкновение советских и немецких войск. Мюнхенский фронт был расколот. Вместо того чтобы блокироваться против СССР, Англия и Франция вступили в войну с Германией. Заключением договора о ненападении были серьезно осложнены отношения Германии с Японией. Правительство принца Конное, ответственное за конфликт на Халхин-Голе, ушло в отставку. Советскому Союзу удалось избежать войны на два фронта. 17 сентября 1939 г., когда Польское государство было разгромлено, Красная Армия взяла под защиту население Западной Украины и Западной Белоруссии. Граница, а значит и будущая линия фронта, была отодвинута на запад, стратегически важное предполье, прикрывающее центральные районы СССР, создано. Это было в интересах всех стран, составивших позднее Антигитлеровскую коалицию.

Уже в это время представлялось вероятным установление германского контроля над Румынией, поэтому следовало обезопасить Бессарабию. В пункте 3 секретного Дополнительного протокола, подписанного одновременно с Договором о ненападении, правительство СССР указало на недопустимость каких-либо покушений на территорию России, оккупированную Румынией в 1918 г. «Касательно юго-востока Европы, – гласил этот пункт, – с советской стороны подчеркивается интерес СССР к Бессарабии. С германской стороны заявляется о ее полной политической незаинтересованности в этих областях». Содержание Дополнительного протокола не давало оснований обвинить СССР в агрессивных намерениях. Формула «…в случае территориально-политического переустройства», приведенная в Протоколе применительно к государствам Прибалтики и к Польше, означала: если дело дойдет до военного конфликта в Европе, СССР будет претендовать на воссоединение территорий, ранее отторгнутых от России, и сделает это в интересах обеспечения собственной безопасности.

29 марта 1940 г. народный комиссар иностранных дел В.М. Молотов, выступая в Верховном Совете СССР, напомнил, что между Советским Союзом и Румынией нет пакта о ненападении. «Это объясняется, – разъяснил нарком, – наличием нерешенного спорного вопроса, вопроса о Бессарабии, захвата которой Румынией Советский Союз никогда не признавал, хотя и никогда не ставил вопроса о возвращении Бессарабии военным путем».

В Европе шла «Странная война», но в Бухаресте должны были понимать, что время платить по историческим счетам приближается неотвратимо. 10 мая 1940 года немецкие войска начали наступление на Западе, разгромили французскую армию и 13 июня вступили в Париж. 22 июня Франция капитулировала. Английские войска, бросив в Дюнкерке вооружение и технику, эвакуировались на родной остров.

Гаранты пребывания Бессарабии под властью Румынии утратили способность выполнять свои обязательства. То, что произойдет далее, понимали, кажется, все. Румынские чиновники и офицеры, служившие в Бессарабии, паковали чемоданы и отправляли за Прут жен и имущество. Бухарест немедленно взял курс на превращение Румынии в германский протекторат. Уже 28 мая между Румынией и Германией был подписан торговый договор, согласно которому Бухарест на 30% увеличивал поставки нефти Берлину в обмен на обеспечение румынской армии современным оружием. Тогда же Коронный Совет принял решение предложить Германии дружбу и добиваться военного союза с ней.

Был ли ультиматум?

Вопрос о том, являлась ли нота правительства СССР, направленная в Бухарест 26 июня 1940 г., ультиматумом, представляет собой пример внедрения лживого обвинительного ярлыка. Ни положительный, ни отрицательный ответ на этот вопрос значения для оценки акта 28 июня не имеет. Возврат области в состав России представлял собой восстановление положения, нарушенного румынской интервенцией 1918 года.

Предъявление Москвой ультиматума Бухаресту – если оно имело место – не может быть признано более предосудительным, чем вторжение румынских войск в Бессарабию. Подобно королевскому правительству в 1918 г., Москва могла начать против Румынии военные действия без объявления войны. Советский Союз был вправе объявить Румынии войну либо предъявить ей требование очистить Бессарабию от своих войск и администрации в угодный ему срок, к примеру, в 24 часа, а затем нанести удар.

Вместо этого Сталин предложил оккупантам убираться подобру-поздорову. Вечером 26 июня 1940 г. Москва направила Бухаресту предложение «приступить совместно с Румынией к немедленному решению вопроса о возвращении Бессарабии Советскому Союзу». «Советский Союз, – говорилось в ноте, – никогда не мирился с фактом насильственного отторжения Бессарабии, о чем Правительство СССР неоднократно и открыто заявляло перед всем миром. Теперь, когда военная слабость СССР отошла в область прошлого, а создавшаяся международная обстановка требует быстрейшего разрешения полученных в наследство от прошлого нерешенных вопросов для того, чтобы заложить, наконец, основы прочного мира между странами, Советский Союз считает необходимым и своевременным в интересах восстановления справедливости приступить совместно с Румынией к немедленному решению вопроса о возвращении Бессарабии Советскому Союзу». Используя излюбленный румынской стороной этнический аргумент, Москва потребовала от Бухареста очистить не только Бессарабию, но и Северную Буковину, населенную преимущественно украинцами. Правительство СССР выражало надежду, что «Королевское Правительство Румынии примет настоящие предложения СССР и даст возможность мирным путем разрешить затянувшийся конфликт между СССР и Румынией. Правительство СССР ожидает ответа Королевского Правительства Румынии в течение 27 июня с.г.».

Предупреждений о мерах, которые будут приняты, если Бухарест вздумает противиться, советская нота не содержала, но тон ее якобы был «ультимативным». «Стремление подчеркнуть военную силу, – полагает российский историк Т.А. Покивайлова, – в тот момент лишь усиливало ультимативный тон ноты и совершенно скрывало правовой характер предъявляемых требований возвращения Бессарабии».

Современные молдавские авторы сетуют на отсутствие в тексте документа упоминаний о молдаванах, а упоминание о том, что Бессарабия населена главным образом украинцами, трактуют как попытку украинских националистов из аппарата НКИД пропагандировать идеи Великой Украины. Составители не использовали богатейшую историческую и юридическую аргументацию, наработанную советской дипломатией в 20-е гг. Пользуясь результатами переписи 1930 г., согласно которой совокупность национальных меньшинств составляла 44% населения Бессарабии, а в Северной Буковине – свыше 70%, они включили в текст положение о том, что большинство населения Бессарабии составляют украинцы. Согласно румынским данным, 53% населения двух областей составляли «румыны». Но в условиях «бессарабской системы» немало русских, украинцев, евреев, болгар, гагаузов и подавляющее большинство ромов (цыган) предпочитали именовать себя «румынами». Не украинцы, а совокупность национальных меньшинств составляла большинство населения двух областей.

Свое отношение к молдавской нации руководство СССР убедительно выразило образованием 2 августа 1940 г. союзной Молдавской республики. Ультиматум Бухаресту был уместен, с точки зрения норм международного права и традиций оправдан, но его не было. Все обсуждение этого вопроса в исторической литературе следует отнести к разряду юридической казуистики.

Момент для разрешения Бессарабского вопроса был Москвой выбран верно. Получив 26 июня советскую ноту, румынское правительство, учитывая военно-политическое состояние Франции, не стало обращаться в Париж. Правительство Англии на запрос не ответило. Не пожелали защищать территориальные приобретения Румынии ни Берлин, ни партнеры по Балканской Антанте. Диктатор Италии Бенито Муссолини признал справедливыми притязания Венгрии на Трансильванию и Болгарии – на Южную Добруджу, а болгарское правительство отказалось поддержать Румынию против России даже взамен возвращения Южной Добруджи.

27 июня в Бухарест поступила телеграмма за подписью германского министра иностранных дел И.Риббентропа: «В целях предотвращения войны между Румынией и Советским Союзом мы можем только советовать румынскому правительству уступить требованию Советского правительства». Как и следовало ожидать, поиграв два десятилетия на стремлении Румынии удержать Бессарабию, Запад сдал ее. В Бухаресте наконец взяло верх государственное благоразумие. 28 июня в 11 часов дня королевское правительство согласилось с требованиями Москвы о выводе румынских войск и администрации из Бессарабии и Северной Буковины в четырехдневный срок. Бессарабский вопрос удалось решить без войны.